Rcoins.com - на главную
звоните +7 (495) 589-11-44
для переписки и фотографий
Viber Viber, WhatsApp WhatsApp
+7 (926) 589-61-11


Монеты Петра I на Соломоновых островах

 

(Peter I' coins on the Solomon islands)

Опубликовано: Труды Государственного Эрмитажа XLII //конференция
<<Петровское время в лицах-2009>>. СПб., 2009.

 

Фотографии:

  • Association Salomon (New Caledonia)
  • "Paris Match" (France)
  • Аndrey Epatko (Russia)

 

 

Возможно, наше сообщение станет приятным сюрпризом для исследователей петровской эпохи: в столице Новой Каледонии - Нумеа, в музее Морской истории, хранится необычная для этой части света коллекция: российские монеты XVIII века. В основном, это – серебряные рубли и золотые империалы, охватывающие эпоху от Петра I до Екатерины II. Cами по себе эти монеты не являются особенно редкими, но уникальность всей коллекции придает то место, где они были найдены.

 

 

Российские монеты были обнаружены в Меланезии, близ тихоокеанского острова Ваникоро, входящего в группу Соломоновых островов. Именно здесь, двести двадцать лет назад потерпела крушение и погибла французская королевская экспедиция, возглавляемая капитаном Жаном Франсуа Гало де Лаперузом (Jean-François de Galoup delaPerouse За последние десятилетия французские и австралийские археологи нашли на месте гибели судов, помимо других многочисленных предметов, около трехсот монет, собранных моряками Лаперуза в самых различных частях света. Cреди них были и российские экземпляры, украшенные изображениями монархов Дома Романовых.

Мы назвали эту коллекцию «Камчатской», т.к. она была вывезена экспедицией Лаперуза из Петропавловска - маленького острога, находящегося на краю Российской империи.

Кругосветное путешествие Лаперуза, патронируемое лично королем Франции Людовиком XVI, удивительным образом оказалось тесно связано с Россией и, в частности, с Петербургом, где служил консулом один из участников экспедиции – Бартелеми де Лессепс. Поэтому, прежде чем перейти, собственно, к этим нумизматическим реликвиям, коснемся вкратце некоторых обстоятельств экспедиции Лаперуза, благодаря которой российские монеты оказались в пределах Океании.

 

 

Плавание Лаперуза, как известно, закончилась трагически и поэтому источники, которыми мы располагаем, крайне скудны. Это, в основном, книга Лессепса – единственного члена экипажа, оставшегося в живых1, и отчет Лаперуза о посещении его флотилией Камчатки2. Что касается данных о подводных изысканиях на месте гибели кораблей Лаперуза, мы располагаем информацией и фотографиями, которые нам любезно предоставили Ассоциация Соломоновых островов (AssociationSalomon) и музей Морской Истории в Нумеа (Новая Каледония).

 

Людовик XVI инструктирует Лаперуза перед отплытием. Худ. Николас Монсо. 1817 г. Версаль.

 

Экспедицию Лаперуза, называют «несбывшейся мечтой» Людовика XVI. Именно этому монарху принадлежала идея кругосветного плавания, которое могло бы встать один ряд со знаменитыми путешествиями Джемса Кука. Согласно королевскому плану Франция снаряжает два корабля в кругосветное плавание сроком на три-четыре года, целью которого будет - тихоокеанский регион, где необходимо выяснить ряд вопросов из области политики и коммерции. Флотилию возглавил опытный морской офицер Жан Франсуа Гало де Лаперуз.

К подготовке экспедиции были привлечены лучшие научные силы Франции: Лаперуза консультировал сам Людовик XVI – страстный поклонник географии. Он же лично утверждал списки офицерского состава. В экипаж вошли несколько видных ученых; среди них: знаменитый физик Пауль де Ламомон, астрономы Монж и Лепот Данжеле, географ Бернизе. Доктор Монплиерского университета де ла Мартиниер был «определен для ботаники и в помощь ему придан г. Компиньон, садовник Королевского сада»3 . Художнику Дюше де Ванси было поручено «срисовывание видов, одежды и проч., чего часто описать невозможно»4 . Натуралист Дюфрен был рекомендован Лаперузу Бюффоном, крупнейшим французским естествоиспытателем.

За право участвовать в экспедиции простым матросом, шла острая конкуренция. Среди претендентов был и шестнадцатилетний младший лейтенант из Парижской военной школы Наполеон Бонапарт. Его имя внесли в списки экипажа, но в последний момент вычеркнули: молодой артиллерист не сдал экзамен по астрономии5. До нашего времени дошел редкий немецкий рисунок, изображающий молодого Бонопарта. Она выполнена в 1785 году, т.е. в то самое время, когда будущий император числился в списках экспедиции Лаперуза

Перед тем, как флотилия покинула берега Франции, Лаперуз включил в команду в качестве переводчика молодого вице-консула французского консульства в Кронштадте Бартелеми де Лессепса.

 

Наполеон Бонапарт - кандидат в экспедицию Лаперуза (рис. 1785 г.)

 

Стоит отметить, что в России пристально следили за предстоящей французской экспедицией. «По газетам, г-н де-Лаперуз не уехал»6, - сообщала Екатерина II своему постоянному корреспонденту в Париже барону Гримму в письме от 10 августа 1785 года. Императрица ошибалась: корабли Лаперуза «Буссоль» и «Астролябия» были уже десять дней как в море, но к российской земле флотилия подошла только через два года. Географические карты до сих пор сохранили французские названия в российских дальневосточных водах: бухта Терней, остров Моннерон, пик Ламомона, залив де Лангаль и, конечно же, пролив Лаперуза, по которому экспедиция обогнула Сахалин и направилась на Камчатку.

 

Вид на Петропавловскую гавань. Гравюра 1804 г. (Экспедиция И. Крузенштерна)

 

«В вечеру 6-го Сентября обозрели мы вход в Авачинскую губу и Петропавловскую, - писал Лаперуз. - Маяк, находящийся у западной стороны сего входа, не был зажжен… Не нужно упоминать, что Камчатский маяк не похож ни на Греческие, ни на Египетские маяки, но зато едва ли и в лучшие героические времена, до осады Трои, было такое гостеприимство, какое изъявляли нам в Камчатке»7.

Экспедиция Лаперуза прибыла на Камчатку 25 августа 1787 года8 . Первым, кто встретил французских мореплавателей, был капитан Василий Шмалев, известный Лаперузу по запискам спутников Кука. Он поспешил принести свои извинения за неисправный маяк, и сообщил, что прибытие кораблей здесь ожидали: со дня на день в Петропавловск должны были доставить письма на имя начальника экспедиции. Охотский комендант Григорий Козлов-Угренин, в ведении которого находилась Камчатка, был уже на пути в Петропавловск.

 

Жан-Франсуа Гало де Лаперуз. 1770-е гг. (?). Частная коллекция.

 

В эти дни Лаперуз делает важную для нас запись; он отмечает, что гостеприимные жители «каждый день дарили нас какими-нибудь камчатскими произведениями»9. Несомненно, что вместе с подарками, среди которых были камчадальские нарты, чучела птиц, образцы местных тканей, на борт французских кораблей попали и русские монеты, речь о которых пойдет ниже10

Вскоре в гавань Петра и Павла прибыл Козлов-Угренин; он посетил эскадру и был принят там с высшими почестями – при пушечной пальбе. Лаперуз был также в восторге от приема, который ему оказали на российской земле: «Благодаря особо счастливому случаю, - напишет Лаперуз позднее, - я встретил в Петропавловске г-на Козлова-Угренина, Охотского губернатора... Мне не приходилось встречать в своем отечестве у моих лучших друзей более радушного приема... Всяческая помощь, которую может дать этот бесплодный край, была нам предоставлена, и он не пожелал взять никакой платы»11 .

…В день отплытия, Лаперуз послал Козлову-Угренину прощальное письмо, в котором писал: «Милостивый Государь! В стране, вверенной вашему смотрению, я испытал всевозможное щастие; но дороже всего для меня то, что я вас здесь встретил. Напоминание о том никогда из памяти моей не изгладится. С чувствием душевной благодарности отплываю от сих берегов, но не разлучусь с вами напоминанием. Я о всех ваших великодушных поступках долгом почту уведомить моего Государя... 1787 года Сентября 29 Граф Лаперуз»12. Французский капитан также пообещал охотскому коменданту прислать ему печатный экземпляр своих записок об этом плавании. К сожалению, волею судьбы, Лаперуз не смог сдержать своего слова. Во исполнение его обещания, морской министр Франции Шарль де Кастри десять лет спустя выслал на Камчатку четырехтомное издание «Путешествие Лаперуза» (1797)13.

Мы знаем, что Лаперуз имел желание подарить свою книгу и Екатерине II. В своем послании графу Сегюру, он писал: «…если король распорядится опубликовать мое путешествие, я буду иметь честь направить Вам два первых экземпляра, умоляя Вас один из них преподнести русской императрице»14 . Но благородному желанию великого морехода не суждено было сбыться: Екатерина II скончалась за год до первого издания этой книги.

 

Бартелеми де Лессепс - единственный член экипажа Лаперуза, вернувшийся в Европу. Впоследствии - генеральный консул Франции в Санкт-Петербурге. В 1812 г. - интендант захваченной Москвы.

 

В Петропавловске флотилию покинул Бартелеми де Лессепс. Молодому дипломату была поручена особая миссия: доставить с Камчатки в Версаль объемистое секретное донесение о прошедшем этапе экспедиции, в которое входили путевые журналы, карты, зарисовки и научные отчеты. Для этого Лессепсу предстояло пересечь Сибирь, всю Европейскую часть России, и через Петербург добраться до Франции. Больше Лессепс никогда не видел своих товарищей по плаванию. Французские корабли, простившись с Камчаткой, взяли курс на южную часть Тихого океана и в январе 1788 году подошли к бухте Ботани-Бей в Австралии. Здесь Лаперуз передал через английских офицеров свои последние депеши, адресованные королю. В них командор флотилии сообщал, что планирует вернуться на родину через полтора года. Это были последние известия от Лаперуза; его корабли не пришли к намеченному сроку ни во французский Брест, ни в какой другой порт мира. «Он бесследно исчез в безбрежном синем океане, - напишет о Лаперузе шотландский эссеист Томас Карлель, - и только лишь скорбная загадочная тень его долго не покидает наши умы и сердца» 15.

 

 

 

Что касается посланника Лаперуза, то его сибирская «Одиссея» до российской столицы, продолжалась более года. Из Петербурга Лессепс выехал в Версаль, где был принят Людовиком XVI. Дальнейшая судьба бывшего спутника Лаперуза была также связана с нашей страной – он служил генеральным консулом Франции в Санкт-Петербурге, а позднее участвовал в походе Наполеона на Россию и даже был назначен Бонапартом интендантом захваченной Москвы (1812). В конце 20-х годов XIX века мы видим постаревшего Лессепса на вершине его дипломатической карьеры – в должности генерального консула Франции в Лиссабоне. Именно здесь, в 1827 году дипломата застает странная депеша, вызывающая его срочно во Францию.

Лессепса везут в Лувр, где выставлены только что доставленные в Париж предметы, найденные между обломками затонувшего судна: бронзовая пушка, ядра, эфес шпаги и корабельный колокол с надписью «Меня отлил Базен. Брест 1785». Лессепса просят внимательно осмотреть эти находки, – не следы ли это погибшей экспедиции? Изумленный консул опознает все предметы и подтверждает, что они имеют прямое отношения к фрегатам «Буссоль» и «Астролябия», на которых он провел более двух лет. Лессепсу поясняют, что находки сделал ирландский капитан Петер Диллон, который привез их с тихоокеанского острова Ваникоро, находящегося к северо-востоку от Австралии.

 

Самая первая карта о. Ваникоро (Manikolo"), составленная капитаном Диллоном в 1827 г. Диллон назвал его островом Лаперуза. (Частная коллекция).

 

Возвращаясь к экспедиции Лаперуза, отметим, что с момента ее исчезновения в 1788 году, на протяжении четырех последующих десятилетий о ней не было никаких известий. Все поиски каких-либо следов исчезнувшей флотилии оказались бесплодными. Удача неожиданно улыбнулась капитану Диллону, который в 1827 году вел меновую торговлю с аборигенами на Соломоновых островах. Диллон заметил у меланезийцев предметы явно европейского происхождения: вилки, ложки, чашки, ножи. Его особенное внимание привлекли серебряные эфесы шпаг с надписями «Париж», которые аборигены носили на груди в качестве украшений, а также крест св. Людовика, висевший в ухе туземца вместо серьги... По словам местных жителей, эти предметы они выменяли у своих соседей на острове Ваникоро, откуда и поступили необычные находки.

 

"Буссоль" и "Астролябия" терпят крушение у о. Ваникоро. Справа - корабельный колокол с "Астролябии" (коллекция к-на Диллона; 1827 г.)

 

Диллон немедленно отправился на Ваникоро, где туземцы рассказали ему, что много лет назад во время жестокого шторма здесь потерпели крушение два больших корабля c белыми людьми на борту. Позднейшие изыскания прояснили, что флотилию Лаперуза погубил сильнейший тропический циклон, который буквально затянул парусники на рифы, опоясывающие Ваникоро. Этим и объяснялось немалое количество европейских вещей, обнаруженных на острове. В ходе поисков в лагуне, Диллону удалось поднять со дна топоры, ядра, подсвечники, кусочек глобуса с полустершейся сеткой широт, отдельные детали астрономических приборов, эфесы шпаг с выгравированными на них лилиями, корабельный колокол, маленькую бронзовую пушку и даже кусок деревянной скульптуры с гербом Франции. Сомнений не было: это были следы пропавшей экспедиции Лаперуза16 .

 

Аборигены о. Ваникоро, фото 2002 г. Слева - эфес французской шпаги, обнаруженный Диллоном в 1827 г.

 

Через два года после открытия Диллона, поисковый отряд французского капитана Дюмон-Дюрвиля выяснил место крушения одного из кораблей Лаперуза – «Астролябии». Обломки парусника удалось обнаружить напротив деревни Пайю, с внутренней стороны рифа на глубине 7-10 метров. Дюмону-Дюрвилю удалось поднять на поверхность якорь, несколько пушек и корабельный колокол.

В течении XIX столетия Ваникоро посещали, в основном, французские военные корабли, которые время от времени доставляли в Париж все новые находки. Как правило, это были крупные предметы – пушки, свинцовый балласт, деревянные части корабля, - т.е. все, что могли поднять моряки с небольшой глубины.

 

План крушения судов Лаперуза на рифах Ваникоро.

 

Возможность проводить методические научные исследования на Ваникоро появилась только в 80-х годах прошлого века, когда была основана Ассоциация Соломоновых островов. Однако первый российский предмет, обнаруженный на месте гибели кораблей Лаперуза, был поднят в 1959 году.

Французский вулканолог Гарун Тазиев, исследовавший останки «Астролябии», среди прочих находок обнаружил серебряный петровский рубль 1724 года. Любопытно, что именно эта петровская реликвия стала одним из определяющих свидетельств в индитефикации разбившегося корабля. По этому поводу Тазиев писал: «Конечно же, в XVIII веке рубли не имели хождения в Южных морях, поэтому, найденная нами серебряная монета, лишний раз подтверждала, что это был действительно корабль Лаперуза»17 . В самом деле, кому могла принадлежать такая монета, если не участнику экспедиции, достигшей берегов Сибири и плававшей затем в Океании?

 

Обломки флагманского корабля Лаперуза "Буссоль". Слева - первая российская находка, сделанная в 1959 г: рубль Петра I 1724 г.
Серебро. Реверс. Музей Лаперуза в г. Альби. Франция.
(Фото из "Paris Match", 1960 г.).

 

Рубль Петра Великого вместе с другими находками с Ваникоро был доставлен на родину Лаперуза, где фотография российской реликвии попала на страницы парижского еженедельника «Paris Match» (1960). Ныне монета экспонируется в мемориальном музее Лаперуза в городе Альби, разместившемся в родовом замке мореплавателя. Мы располагаем фотографией реверса этой монеты. Перед нами – один из первых образцов т.н. «крестовиков», - как их называли в народе: с 1722 года реверс на петровских рублях был изменен – вместо орла появились четыре вензеля П, связанных между собою крестообразно. На конце каждого креста – по императорской короне, а в углах – римская I. Слева направо – круговая надпись: «монета новая цена рубль». Вероятно, этот серебряный рубль принадлежал к первой продукции Петербургского монетного двора, который был открыт в том же 1724 году.

Но вернемся обратно в Океанию…

 

"Сокровище Ваникоро"

 

1963 год ознаменовался на Ваникоро новыми открытиями: новозеландский аквалангист Рис Дискомб обнаружил останки второго судна, - флагманского корабля Лаперуза «Буссоль». Оно покоится, примерно, в километре от «Астролябии», с внешней стороны рифа, на глубине 36 метров. Нетронутый за последние два столетия рукой человека, этот корабль представляет собой настоящую «капсулу времени». Именно с «Буссоли» археологи позднее получат наиболее сохранившиеся предметы, включая великолепные образцы китайского фарфора из Макао, золотые часы одного из членов экипажа, а также - золотые империалы эпохи Екатерины II.

 

Когда-то горстка моряков стали пленниками этого острова

 

Как мы уже упоминали, регулярные археологические исследования на Ваникоро стали возможны после основания в 1981 году Ассоциации Соломоновых островов, которая была специально создана для поисков следов экспедиции Лаперуза.

Следует отдать должное французским ученым, которые за последние четверть века подготовили и провести восемь дорогостоящих экспедиций на изолированном острове Тихого океана18 … Когда-то Ваникоро был действующим вулканом, а теперь он весь покрыт джунглями. Однако время от времени остров подвергается землетрясениям, столь характерным для островов Меланезии; это приводит к оседанию почвы и изменению ландшафта, что, разумеется, не облегчает задачу исследователям. Археологический сезон здесь очень короток, т.к. влажный тропический климат на Ваникоро считается самым нездоровым на архипелаге. 35-градусная жара на острове соседствует с проливным дождем, а годовой уровень осадков достигает почти шести метров. Сюда же можно отнести непростые переговоры с властями Соломоновых островов, которые пришлось вести археологам, и обязательные ритуалы с местными вождями…

 

Будни археологов... (справа - Жан Гийу)

Исследователям активно помогали жители острова - меланезийцы. Их предки оставили предания о давнем кораблекрушении и встречи с белыми людьми.

 

 

Результаты исследований «Ассоциации» оказались ошеломляющие: французские археологи в сотрудничестве с австралийскими коллегами подняли на поверхность и зафиксировали более тысячи предметов, относящихся к погибшим кораблям Людовика XVI.

Об исследованиях на Ваникоро мы узнали из журнала GEO19 ; в одном из его номеров были опубликованы фотографии некоторых предметов, поднятых с места крушения флотилии Лаперуза. Просматривая их, мы обратили внимание, что среди монет, имеют место и российские экземпляры. На сайте Ассоциации Соломоновых островов мы нашли информацию, что все находки обнаруженные близ Ваникоро, ныне хранятся в двух музеях: в музее Лаперуза в Альби (Франция) и в музее Морской Истории в Нумеа (Новая Каледония).

 

Климат этих островов губителен для европейцев.

 

Мы послали запросы в оба музея; нас интересовало, какие российские предметы были найдены во время подводных исследований близ Ваникоро. Первый ответ пришел из Франции от почетного президента Ассоциации Лаперуза в Альби Пьера Берарда (PierreBerard) 20 . Г-н Берард сообщил нам, что, говоря о российских предметах, вывезенных Лаперузом с Камчатки, можно отметить, некоторые вещи, которые числились в журнале самого капитана. Это – сахалинский меч, оленья шкура на каркасе, образцы тканей, несколько топоров, камчадальские сани, и «два королевских орла» - очевидно, чучела птиц. Все эти предметы, к сожалению, погибли вместе с кораблями. Что касается российских монет, найденных близ Ваникоро, г-н Берард ответил, что музей в Альби располагает несколькими такими экземплярами, и рекомендовал обратиться в музей Морской Истории в Нумеа, где разместилась основная часть подводных находок.

 

Жан Гийю в Петербурге

 

Вскоре нам пришел ответ из Новой Каледонии от Жана Гийю (JeanGuillou), члена Ассоциации Соломоновых островов, одного из археологов, неоднократно опускавшегося к останкам «Буссоли» и «Астролябии»21 . 90-летний исследователь подтвердил, что большинство российских находок ныне экспонируется в Нумеа22 . Он также сообщил, что в скором времени собирается посетить Санкт-Петербург, где готов передать нам все фотоматериалы и документы, касающиеся российских реликвий, найденных близ Ваникоро.

Наша встреча состоялась в сентябре 2007 года, во время которой мы узнали много подробностей о работе археологов на месте крушения кораблей Лаперуза.

Археологические исследования велись в трех местах: аквалангисты работали на месте останков «Буссоли» и «Астролябии», а полевые раскопки шли непосредственно на самом острове - в т.н. «Лагере Французов», о котором мы расскажем ниже.

 

 

 

Шла речь и о монетах, обнаруженных археологами. По словам ученого, на сегодняшний день, со дна поднято около трехсот монет, которые в момент катастрофы были на борту кораблей. Это, естественно, французские луидоры, взятые моряками с их далекой родины; также - испанские или «колониальные» доллары, мексиканской чеканки, имевшие хождение в колониях в Америке. Были подняты на поверхность испанские мараведи, несколько бразильских и китайских монет. И, наконец, в руки археологов попали российские экземпляры, украшенные двуглавыми орлами, - наглядное свидетельство посещения Лаперузом Петропавловска.

Жан Гийю передал нам фотографии этих монет, а также данные о количестве и характере находок.

 

Монеты Количество
Петр I 3
Екатерина I 2
Петр II 4
Aнна Иоанновна 16
Eлизавета Петровна 30
Екатерина II 15

Русские монеты, найденные на месте
крушения судов Лаперуза
(Данные предоставлены Association Salomon. New Caledonia)

 

 

Cудя по этим данным, близ Ваникоро было найдено семьдесят российских монет. Причем их значительная часть – почти половина экземпляров - относится к правлению Елизаветы Петровны (30 монет). Это не удивительно: именно с эпохи Елизаветы на Камчатке увеличивается денежное обращение, явившиеся следствием смены приоритетов российской политики на Дальнем Востоке. Денежное насыщение Камчатки продолжалось и при Екатерине II, которая уделяла особое внимание этой части Российской империи; в «коллекции» Лаперуза мы видим 15 монет, отчеканенных в екатерининскую эпоху.

 

После удачного погружения…

 

Также обращает на себя внимание тот факт, что французские моряки вывезли из Петропавловска, в основном, серебряные монеты. Это можно объяснить тем, что торговля здесь шла на серебро. «Медных денег на Камчатке почти нет, - писал капитан Г.А. Сарычев через два года после посещения Лаперузом Петропавловска, - и до сего времени одни серебряные были в употреблении, но нынче начали показываться мелкие ассигнации»23 .

Нельзя не отметить и разнообразие российских монет, оказавшихся на борту флотилии, включая такие старые экземпляры, как петровские рубли. Для матросов Лаперуза – они являлись лишь сувенирами, взятыми ими на память о пребывании на краю Российской Империи. Однако, по всей видимости, монеты Петра Великого и его ближайших преемников не теряли своей покупательной способности на Камчатке вплоть до конца правления Екатерины II. Это подтверждает Лессепс, который отмечал, что в Петропавловске в обороте «много старинных монет, как то ПЕТРА I, ЕКАТЕРИНЫ I и ЕЛИСАВЕТЫ, и за них берется промен (обмен - А.Е.); серебро в них очень чистое и дороже обыкновенных монет»24 .

С другой стороны, можно задаться вопросом, насколько вообще правомочно было вывозить российские рубли и империалы за пределы страны в эпоху Екатерины II. Например, Елизавета Петровна запрещала вывоз из России монет любимого номинала с ее изображением. Эту информацию мы находим в записках графа Мессельера, относящихся к 1757 году. «В России есть странный обычай, который не может не показаться странным, - отмечает граф, - при последней заставе на выезде из Империи, офицер должен осмотреть кошелек путешественника и обменивать монеты с изображением императрицы на червонцы или другия деньги страны, в которую он въезжает. Князь Долгорукий запретил использовать ко мне эту формальность»25 , - завершает свое необычное сообщение Мессельер.

Что касается Лаперуза, - трудно сказать, сохранялся ли такой порядок до времени его приезда в Россию, т.е. тремя десятилетиями позже. Однако заметим, что в 1787 году в Петропавловске таможни не существовало и, следовательно, четкие инструкции относительно правил прохождения границы отсутствовали.

Но перейдем собственно к «Камчатской коллекции» Лаперуза, экспонирующейся ныне в музее Морской Истории в Новой Каледонии.

 

Петр I. Рубль 1725 г. Серебро. Аверс. Реверс. Музей Морской Истории в Нумеа. Новая Каледония (1-й экз.).

 

В таблице, представленной Ассоциацией, отражены только три серебряные петровские монеты, в то время как мы знаем, что близ Ваникоро было обнаружены три рубля и одна полтина, с вензелями Петра Великого. Очевидно «пропущен» рубль, обнаруженный Г. Тазиевым в 1959 году, о котором мы упоминали.

Два других петровских рубля, датируются 1725 годом (диаметр 40 мм). Они были найдены в 1981 и 1999 годах на месте останков «Буссоли» и «Астролябии». Лицевые штемпели, по всей видимости, выполнены резчиком Осипом Калашниковым, работавшим на Московском монетном дворе (ММД) с 1718 по 1747 год26 .

 

Петр I. Рубль 1725 г. Серебро. Аверс. Реверс. Музей Морской Истории в Нумеа. Новая Каледония (2-экз.).

 

 

На лицевых сторонах обоих монет - погрудное изображение Петра I, обращенное вправо, в лавровом венке, в доспехах и мантии. Круговая надпись: «Icaмoдержавецъ всеросиIский петръ а (Алексеевич – А.Е.) императоръ». На реверсах - крестообразная монограмма из четырех П и круговая надпись: «монета новая цена рубль». В двух П представлена дата чеканки, разнесенная по сторонам монеты: «1725».

Любопытно, что, стремясь приблизить российскую монетную систему к западной, Петр I отказался от латинских надписей (легенд), господствовавших в то время в европейском денежном деле. В записках ганноверского резидента Христиана Вебера сохранилось высказывание царя по этому поводу: когда Петру заметили, что монеты со славянской надписью не будет приниматься в Европе и посоветовали заменить их латинской, царь отвечал, что «скажет спасибо тому, кто укажет способ, как сохранить монеты в государстве, а не как скорее выпустить их из него»27 .

 

Петр I. Полтина 1725 г. Серебро. Аверс. Реверс. Музей Морской Истории в Нумеа. Новая Каледония.

 

Фотографию следующей монеты эпохи Петра Великого, представленной в музее Морской истории в Нумеа, мы получили от его главного хранителя Вероники Пронер (Veronika Proner). Эта российская реликвия, в силу своей плохой сохранности, была неверно определена исследователями как петровский рубль, «но другого размера и типа»28 . Судя по фотографии, это – полтина, чеканки 1725 года (диаметр 33 мм). На аверсе – погрудное изображение Петра I в мантии, повернутое вправо. Надпись: «Icaмoдержецъ всеросIскII петръ а... <импера>...торъ». Монетный двор не обозначен, но по сравнительным признакам, это Санкт-петербургский монетный двор (СПб). На обратной стороне представлен двуглавый гербовый орел, держащий в лапах знаки царской власти - скипетр и державу; над орлом размещены три императорские короны. Круговая надпись: «монета новая цена…<полтина>… 1725». В отличие от двух последних рублей экземпляр полтины мы находим в более плохом состоянии; из-за потертостей некоторые буквы практически неразличимы. Это можно отнести к тому, что мелкая монета чаще была в обращении, чем рублевики Петра Великого.

 

Екатерина I. Рубль 1726 г. Серебро. Аверс. Музей Морской Истории в Нумеа. Новая Каледония.

 

 

На месте гибели фрегатов были найдены два серебряных рубля правления Екатерины I, чеканки 1725 и 1726 годов. Оба экземпляра происходят с «Буссоли» - флагманского корабля Лаперуза. Первый экземпляр относится типу, который вышел после т.н. «траурного» рубля. Погрудное изображение императрицы, обращенное влево, в мантии с наплечниками. Из-под мантии видна орденская лента и звезда. В волосах, переплетенных жемчужными нитками, - императорская корона. Круговая надпись: «ЕкатерIна IмператрIца Iсамодержица всеросIская». Монетный двор не указан.

Как мы упомянули, бюст Екатерины на лицевой стороне рубля 1725 года был обращен влево, в то время как все бюсты Петра I всегда изображались обращенными вправо. Это необычное обстоятельство дало повод народу называть эти ранние екатерининские рубли «супротивниками»29 .

 

Екатерина I. Рубль 1726 г. Серебро. Аверс. Реверс. Музей Морской Истории в Нумеа. Новая Каледония.

 

Второй экземпляр 1726 года чеканки относится к очень редким «коллекционным» образцам. Портретный тип Екатерины I здесь слегка изменен. Погрудное изображение императрицы повернуто вправо, а на правом плече «появилась» изящная жемчужная подвеска, напоминающая бант. Над нею – орденская лента. Две жемчужные нити на груди украшают портрет бывшей супруги Петра Великого. Круговая надпись: «ЕкатерIна IмператрIца Iсамодержица всерос». Реверс традиционный: «монета новая цена рубль 1726». Гравер, вероятно, Иван Константинов (ММД).

 

Петр II. Рубль 1728 г. Серебро. Аверс. Реверс. Музей Морской Истории в Нумеа. Новая Каледония.

 

В музее в Нумеа экспонируются также четыре рубля эпохи Петра II, чеканки 1727 и 1728 годов, обнаруженные на месте останков обоих кораблей. На лицевой стороне рубля 1728 года – погрудное изображение молодого императора вправо, в парике с длинными локонами, на голове – лавровый венок, перехваченный сзади бантом. На императоре римские латы с двуглавым орлом на груди. На правом плече – наплечник из пяти лент. Бюст задрапирован плащом. Круговая надпись: «Петръ II Iмператоръ Iсамодержецъ всеросIски». На реверсе представлен крест, образованной монограммой Петра II из четырех букв «П», разделенной по углам римской цифрой «II». Круговая надпись, разделенная коронами: «Монета новая цена рубль. 1728».

 

Анна Иоанновна. Рубль 1731 г. Серебро. Аверс. Реверс. Музей Морской Истории в Нумеа. Новая Каледония

 

С «Буссоли» также происходит значительное количество монет, относящихся к эпохе Анны Иоанновны: это – 16 серебряных рублей, чеканки 1730-1732-1734-1735-1736-1737 годов. Два рубля из-за плохой сохранности не датируются. Мы располагаем фотографией рубля 1732 года. Погрудное изображение императрицы, покрытое мантией, обращено вправо. На правом плече Анны Иоанновны - широкий наплечник, поверх которого перекинута орденская лента; грудь императрицы украшают восемь жемчужин и брошь в виде звезды. На голове монархини - малая корона. Большие глаза, энергично поджатый подбородок и морщинка в уголке губ оживляют лицо; перед нами, несомненно, один из лучших портретов медальерного искусства XVIII века. Автор лицевого штемпеля, вероятно, датский медальер на российской службе Антон Шульц. Круговая надпись, частично не читается: «Б.м. аннa Iм…<ператрица Icамодержави>…ца всеросиская». На обратной стороне представлен двуглавый гербовый орел, которого венчают три императорские короны. На груди орла - щит с гербом Москвы. Щит обрамляет длинная цепь ордена Андрея Первозванного. Надпись: «Монет… <а руб>…ль. 1732».

 

Елизавета Петровна. Рубль 1761 г. Серебро. Реверс. // Елизавета Петровна. 5 копеек. Аверс. Медь. 1761 (?). Музей Морской Истории в Нумеа. Новая Каледония

 

Наибольшее количество российских монет, обнаруженных на месте останков обоих кораблей Лаперуза, относится к правлению Елизаветы Петровны: 29 серебряных рублей, чеканки 1740-х – 1750-х годов и одна полтина, чеканки 1745 года. На двух монетах дата неразборчива. Один из рублей Елизаветы 1761 года чеканки, был ошибочно отнесен французскими исследователями к эпохе Екатерины II. Еще одна монета, неверно соотнесенная с той же эпохой, - медные пять копеек Елизаветы. На фотографии реверса, которой мы располагаем, - представлен витиеватый вензель, составленный из буквы «Е» («Елизавета»), сочлененной с латинской буквой «Р» («Петровна»); обе буквы повторены в зеркальном отражении. Год чеканки, по всей видимости, 1761.

 

Елизавета Петровна. Рубль 1742 г. Серебро. Аверс. Музей Морской Истории в Нумеа. Новая Каледония

 

Что касается второго рубля правления Елизаветы, фотографией которого мы располагаем - он почти идеальной сохранности и датируется 1742 годом. Бюст императрицы обращен вправо. Правое плечо украшает орденская лента, частично перекрывающая жемчужные подвески. Голову Елизаветы венчает малая корона остроконечной формы. Надпись круговая, сокращенная: «б.м. елисаветъ I Iмп. Icамод. всерос».

 

Археологические раскопки в т.н. «Лагере Французов». Справа – полтина Елизаветы Петровны до реставрации.

 

 

Полтина Елизаветы Петровны представляет исключительный интерес. Это – единственный российский экземпляр, который был найден не на месте гибели судов, а непосредственно на самом острове. Это находка была сделана в 1999 году, когда в устье реки Пайю был обнаружен т.н. «Лагерь Французов»; здесь предположительно жили матросы из команды Лаперуза, спасшиеся после кораблекрушения. Наземные раскопки открыли многие бытовые предметы, которые были необходимы матросам для выживания на уединенном тропическом острове: следы частокола, свинцовые пули, ружейные кремни, гвозди, фрагменты посуды, навигационные инструменты, пуговицы от морской униформы.30 .

Когда-то здесь жила горстка измученных европейцев (о. Ваникоро)…

Жан Гийу в архипелаге Виту (Папуа Новая Гвинея) ищет сведения о спутниках Лаперуза, которые смогли покинуть Ваникоро.

 

Из «Лагеря Французов» происходят также несколько монет, вероятно, находившихся в карманах моряков в момент гибели фрегатов. Для оказавшихся на острове людей деньги уже не представляли никакой ценности, поэтому их находки в «Лагере» единичны. Один из экземпляров – российская полтина эпохи Елизаветы Петровны, отчеканенная в 1745 году на ММД. (Диаметр – 3,4 см.).

 

Елизавета Петровна. Полтина 1745 г. Серебро. Аверс. Музей Морской Истории в Нумеа. Новая Каледония (обнаружена в Лагере Французов).

 

Погрудное изображение императрицы обращено вправо, высокую прическу украшают жемчужные подвески, в волосах - маленькая изящная корона, увенчанная крестом. Правое плечо монархини обрамляет орденская лента, на вырезе платья – подвески в виде драгоценных камней. Надпись: «б.м. елисаветъ I Iмп. Iсамод. всерос.» - «ммд». На обратной стороне представлен двуглавый гербовый орел; надпись: «монета полтина. 1745».

 

Елизавета Петровна. Полтина 1745 г. Серебро. Реверс. Музей Морской Истории в Нумеа. Новая Каледония (Лагерь Французов).

 

Помимо своего уникального местонахождения эта монета привлекла наше внимание как редкий образец перечеканки из полтины Иоанна Антоновича. С 1741 по 1744 годы Елизаветой Петровной было издано четыре указа, которые обязывали сдавать монеты с изображением бывшего императора в казну, а сенатским указом от 27 февраля 1743 года была предусмотрена перечеканка рублей и полтин с портретом «принца Иоанна» в рубли и полтины Елизаветы Петровны. Как правило, на таких монетах остались следы «первичного экземпляра»; они заметно расплющены и, соответственно, обладают более широкими «полями» за пределами круговой надписи. Почти все эти признаки мы имеем на аверсе полтины из «Лагеря Французов». Края монеты сильно расплющены, а круговая надпись «сдвинулась» к центру монеты. При внимательном рассмотрении экземпляра, на портрете Елизаветы заметен тонкий профиль малолетнего императора. В результате перечеканки монеты, аверс полтины значительно пострадал, чего нельзя сказать о реверсе, где был перебит только год монеты – с 1741-го на 1745-й.

 

Екатерина II. Рубль. 1762 г. Серебро. Аверс. Музей Морской Истории в Нумеа. Новая Каледония

 

Наиболее поздние по времени чеканки российские монеты, найденные археологами близ Ваникоро, относятся к правлению Екатерины II. Это – пять серебряных рублей и десять золотых империалов. Любопытно, что все пятнадцать экземпляров подняты с места гибели одного корабля – «Буссоли». Это можно объяснить тем, что флагманский корабль Лаперуза был укомплектован более высокопоставленной и обеспеченной командой, включающей несколько ученых с европейским именем; вероятно, последние и приобрели золотые империалы Екатерины Великой в Петропавловске.

Что касается серебряных экземпляров, - они датируются 1760-ми годами. Мы располагаем фотографией лицевой стороны одной из таких монет, которая представляет собой первый тип «рублевиков» Екатерины II и относится, таким образом, к началу правления знаменитой монархини. Погрудное изображение императрицы обращено вправо, бюст задрапирован. На голове – маленькая корона. Через правое плечо перекинута орденская лента, грудь украшает подвеска из драгоценных камней. Круговая надпись: «Б.м. екатерина II Iмп. Iсамод. всерос. СПб.».

 

 

 

Говоря об империалах, заметим, что это - название золотой монеты достоинством в 10 рублей, которые впервые были пущены в обращение в России в правление Елизаветы Петровны (с 1755 г.).

Среди останков «Буссоли» было обнаружено десять империалов чеканки 1760-1780 годов. Мы располагаем фотографией одного империала, чеканки 1780 года. Он был найден лежащим на коралле, практически в идеальном состоянии (экспедиция 1990 г.).

 

Екатерина II. Империал. 1780 г. Золото. Аверс. Реверс. Музей Морской Истории в Нумеа. Новая Каледония

 

Портрет императрицы, выбитый на лицевой стороне, относится к предыдущему «Екатерининскому» типу и выполнен гравером Тимофеем Ивановым, работавшим на Петербургском монетном дворе. Реверс представляет собой четыре крестообразно расположенных геральдических щита с гербами Москвы, Казанского, Сибирского и Астраханского царств. В центре монеты, в круглом щите – двуглавый орел со знаками императорской власти. В промежутках, образованных боковыми щитами, находится по розе, за которыми дата – «1776». Круговая надпись, разделенная коронами: «Iмперская россIйс. мон. цена десят. руб.»31 .

 

Специалист компании «EDF-Valeсеtra» «спасает» российский империал

 

Естественно, что все предметы, поднятые после более чем двухвекового пребывания в соленой воде, сильно пострадали от коррозии. Обработку находок взяла на себя французская лаборатория «EDF-Valeсеtra», которая специализируется в области реставрации произведений искусства. Ставшая известной во всем мире после работы с вещами, поднятыми с «Титаника», «EDF-Valeсеtra» эффективно использует методы реставрации, связанные с использованием электролиза.

Главный хранитель Морского музея в Нумеа – Вероника Пронер, рассказала нам о целительных процессах, к которым прибегали ученые, спасая российские реликвии. Первоначально, поднятые монеты были похожи на светло-коричневые комья, расцвеченные зелеными пятнами, где иногда проблескивал кусочек металла. За два столетия в металле скопились вредоносные анионы хлора; на открытом воздухе они становятся очень токсичными. Приступая к очистке монет, специалисты сначала помещали их в электролизную ванну. Микроскопические пузырьки водорода разъедают известняковую корку, и тогда на монете медленно проступают надписи и изображения монархов. Затем реликвию погружали в раствор щавелевой кислоты, потом – чистили щеткой. Необходимо около двух часов, чтобы серебреная монета снова заблестела, как в XVIII веке…

 

Столичная пресса Новой Каледонии проявила большой интерес к исследованиям на Ваникоро. В этих статьях упоминалось и о российских находках…

 

Как мы уже упоминали, в исследованиях на Ваникоро принимали участие и австралийские археологи (представители Королевского музея в Брисбене). Поэтому первоначально, поднятые со дна предметы, включая и российские монеты, были перевезены на временное хранение в этот музей. Здесь они проходили первичную обработку и экспонировались в течение последующих десяти лет. Однако в 1996 году правительство Соломоновых островов решило передать реликвии, связанные с экспедицией Лаперуза, в Новую Каледонию, имеющую статус «особой заморской территории» Франции. Большая часть предметов разместилась в специально созданном в Нумеа музее Морской Истории. Единичные предметы, среди которых были несколько российских монет, отправили во Францию - в музей Лаперуза, расположенный в его родовом замке близ города Альби.

 

 

 

В 2008 году в Национальном Морском музее в Париже открылась первая крупная выставка, посвященная пропавшей экспедиции Людовика XVI - своеобразный итог работы «Ассоциации» за последние четверть века. В небольших полуосвещенных залах, где была воссоздана обстановка корабельных кают, помимо прочих находок, имела место и отдельная витрина, представлявшая «российскую часть» экспедиции. Здесь вместе с «камчатскими» гравюрами работы Дюше де Ванси экспонировались монеты, украшенные профилями Петра Великого и других российских монархов XVIII века.

 

 

 

Размышляя над удивительной судьбой этих реликвий, совершивших поистине кругосветное путешествие, мы приходим к одному из ключевых выводов нашего исследования: изображения Петра I на монетах его эпохи, вывезенных Лаперузом с Камчатки, – на сегодняшний день являются самыми первыми изображениями российского императора, попавшими в Южное полушарие32 . Это стало возможным благодаря тому обстоятельству, что флотилия Лаперуза была единственной экспедицией XVIII столетия, достигшей берегов России и, плававшей затем в Океании. Пока монеты с вензелем Петра Великого пока найдены только на Соломоновых островах, но не исключено, что подобные экземпляры могли попасть и в Австралию, где флотилия Лаперуза простояла полтора месяца.

Что касается дальнейших изысканий на Ваникоро, - они, безусловно, очень перспективны. Мы полагаем, что археологи подняли на поверхность лишь малую часть «Камчатской коллекции» Лаперуза. Г-н Гийю обещал информировать нас о любых российских находках, которые могут быть сделаны на Ваникоро в ходе будущих полевых и подводных исследований. А значит, есть надежда, что коллекция, связанная с именем Петра Великого будет пополняться.

 

Автор выражает искреннюю признательность за фотоматериалы и ценные сообщения об экспедиции Лаперуза президенту Ассоциации Соломоновых островов Алену Конану (Alain Conan; Новая Каледония), историку Жану Гийю (Новая Каледония), главному хранителю музея Морской истории в Нумеа Веронике Пронер (Новая Каледония), а также почетному президенту Ассоциации Лаперуза в Альби Пьеру Берарду (Франция).

 

***********

 

1 Лессепово путешествие по Камчатке и по Южной стороне Сибири. Исторический журнал путешествия Г. Лессепса, Консула Французского, находившегося при Графе Перузском в должности Королевского переводчика со времени прихода его к Петропавловской Камчатской гавани, где он оставил Французские фрегаты, до прибытия во Францию 17 октября 1788 г. М., 1801-1802 гг. ч. 1-3.

2 G.-L. Milet-de-Mureau. Voyage de la Perous autour du monde pendant les annes 1785-88, t. I-IV, Paris, 1797.

3 Великие тайны прошлого. М., 1998. С. 13.

4 Там же.

5 Michel Gardes, Henri Colombie. Napoleon Bonaparte aurait-il participer a l’expedition La Perouse? // Journal des membres de l’ Association La Perouse. Albi, 2009, № 39, P. 2.

6 Сборник Императорского Русского исторического общества. Т. XXIII. СПб., 1878, С. 359.

7 Благодарность за русское гостеприимство // Русский вестник, М., 1812, ч. 17, № 3, С. 54.

8 Стоит отметить, что Лаперуз вовремя посетил Камчатку: в 1793 году в связи с революционными событиями во Франции, Екатерина II специальным указом закрыла все российские гавани для французских судов

9 Благодарность за русское гостеприимство // Русский вестник, М., 1812, ч. 17, № 3, С. 55.

10 Заметим, что переводчиком к Лаперузу был приставлен «секретный» ссыльный Ивашкин (Петрович Иванович Квашнин; 1723-1806) – бывший крестник Петра Великого и единственный человек на всей Камчатке, говоривший по-французски. Прапорщик Ивашкин был замешан в деле малолетнего императора Иоанна Антоновича и в 1742 году указом Елизаветы Петровны направлен в «бессрочную» ссылку на Камчатку. К моменту прихода кораблей Лаперуза в Петропавловск, Ивашкин находился в ссылке 45 лет! Он получил помилование, будучи 80-летним стариком - после вступления на престол Александра I. Ивашкин помышлял уехать в Санкт-Петербург с экспедицией Крузенштерна, но в последний момент «переменил свое намерение». (Крузенштерн И.Ф. Путешествие вокруг света в 1803, 1804, 1805 и 1806 годах на кораблях «Надежде» и «Неве». Владивосток. 1976, С. 263).

11 Письмо Лаперуза к графу Л.-Ф. Сегюру от 25 сентября 1787 г. // Архив СпбИИ РАН. Коллекция иностранных материалов о России (39), № 7/634.

12 Благодарность за русское гостеприимство // Русский вестник, 1812, М., ч. 17, № 3, С. 63-64.

13 Дальнейшая судьба Охотского коменданта была любопытна: в 1800 году он был отстранен от должности и отдан под суд за злоупотребления по службе. Однако в 1812 году полковник Г.И. Козлов-Угренин отличился при Бородино, командуя в составе 1-й дивизии 4-м пешим Казачьим полком.

14 Письмо Лаперузу к графу Л.-Ф. Сегюру от 25 сентября 1787 г. // Архив СпбИИ РАН. Коллекция иностранных материалов о России (39), № 7/634.

15 Великие тайны прошлого. М., 1998, С. 15.

16 Вызывает удивление, что именно Петер Диллон фигурирует во всех французских документах, как первооткрыватель места гибели флотилии Лаперуза. По крайней мере, в России получили первые известия о трагедии на Ваникоро за два года до плавания ирландского капитана. В 1825 году «Московский телеграф» сообщал со ссылкой на некоего адмирала Манби, что английское китобойное судно «наконец нашло место, где погиб несчастный Лаперуз». При этом указывалось довольно точное местоположение острова – «между Новой Каледонией и Новой Гвинеей», - и далее сообщалось, что жители привезли на корабль «медали с портретами Людовика XVI» и шпаги французской работы. Вряд ли стоит сомневаться, что речь идет об острове Ваникоро. (Иностранные известия // Московский телеграф, М., 1825, № XXI, Ноябрь, С. 109-110).

17 Haroun Tazieff. Vingt-cinq ans sur les volcans du globe. Fernan Nathan. 1975, С. 83.

18 Две экспедиции велись в сотрудничестве с австралийским Королевским музеем в Брисбене - 1981 и 1986 годы, а археологический сезон 1990 года проходил при участии музея Honiara (Соломоновы острова).

19 Алин Мом, Надежд Моншо. Спутник Лаперуза // GEO, 2005, № 4, С. 146-160.

20 Письмо Пьера Берарда автору от 29.05.07.

21 Письмо Жана Гийю автору от 27.07.07.

22 Все находки, обнаруженные близ острова Ваникоро являются собственностью государства Соломоновы острова.

23 Сарычев Г.А. Путешествие по северо-восточной части Сибири, Ледовитому морю и Восточному океану. М., 1952, С. 130.

24 Лессепово путешествие по Камчатке и по Южной стороне Сибири, Ч. I, С. 135.

25 Мессельер де ла. Записки г. де ла Мессельера о пребывании его в России с мая 1757 по март 1759 года // Русский архив, 1874. – Кн. 1. – Вып. 4. – С.1030.

26 Судьба Осипа Калашникова была не безоблачной: в 1727 году он попался на краже штемпелей с монетного двора и был приговорен к смертной казни, которая была заменена длительным сроком заключения. До 1730 года был под следствием Берг-коллегии. При Анне Иоанновне, в связи с нехваткой резчиков для изготовления коронационных медалей, Калашников вернулся на Московский монетный двор, где продолжил свою работу, находясь фактически в положении арестанта. Освобожден от «караула и кандалов» 1 ноября 1742 года. В 1747 году Осип Калашников упоминается в документах как человек преклонного возраста - «весьма старый и дряхлый», и неспособный к дальнейшей работе.

27 П. фон Виклер. Из истории монетного дела в России. СПб., 1897, С. 24-25.

28 <Association Salomon>. Le mystere Laperouse. Noumea, 2008, P. 321.

29 Барон С. де Шодуар. Обозрение русских денег и иностранных монет с древнейших времен. Ч. I. СПб., 1837. С. 173.

30 По местным преданиям, записанных в разные годы на Ваникоро, в устье реки Пайю, матросы построили из обломков разбившегося корабля небольшое судно, на котором через полгода покинули остров; судьба их так и осталась невыясненной. Однако два человека остались на острове и прожили здесь около тридцати пяти лет, немного не дожив до приезда капитана Диллона. (Jean Guillou. Peter Dillon Capitan des Mers du Sud. Le decouvreur des restes de La Perouse. Noumea. 1998).

31 Благодарю за консультации Р.В. Краснова (ГРМ; Санкт-Петербург), А.Г. Мосина (УрГУ; Екатеринбург), А.Ю. Истратову (Франция). Также выражаю благодарность за техническую поддержку Ю.Ю. Попову (Санкт-Петербург).

32 Это предположение относится также к изображениям Екатерины I, Петра II, Анны Иоанновны, Елизаветы Петровны и Екатерины II.